Советский подводник Виктор Слюсаренко — единственный, кому удалось

Советский подводник Виктор Слюсаренко — единственный, кому удалось

На ваш суд представляем рассказ мичмана Виктора Слюсаренко:

«Вышли в море 28 февраля 1989 года, по плану должны были вернуться 31 мая. Попутно отпраздновал я День рождения, кок испек торт. Вообще настроение в том походе у всех было приподнятое — нам удалось обнаружить несколько американских подводных лодок. Это огромная удача!

7 апреля моя вахта была с 12 ночи и до 4 утра. А пока я отдыхал у себя в каюте. Кушать не стал, нас кормили пять раз в день, физически столько не съесть. Около полудня вышел на построение и инструктаж. И тут в седьмом отсеке прозвучал сигнал «пожар». Как потом выяснилось, матрос там погиб сразу. На разведку пошел мичман — и тоже погиб.

В тот момент «Комсомолец» находился на глубине 350 метров. Срочно начали всплывать. Но сработала аварийная защита атомного реактора — «Комсомолец» потерял ход и стал просто грудой металла. Командир принял решение: сжатым воздухом «продуть» воду из спеццистерн. Всплыли. Но ситуация ухудшалась с каждой секундой. Шестой и седьмой отсеки в огне. На лодке 400 баллонов со сжатым воздухом. Огонь и кислород — гремучая смесь. Начало гореть даже то, что гореть не должно.

Я был в спасательной группе. Задача — загерметизировать и изолировать горящие отсеки. Мы едва успевали вытаскивать раненых и обожженных ребят. Казалось, вокруг ад: теснота, дым, нечем дышать, и я выношу своего товарища, который остался без кожи. Начались электрические замыкания. Мы не знали, что творится в шестом и седьмом отсеках, но в остальных ликвидировать возгорание удалось.

На базе знали о ситуации. Над лодкой уже кружили два военных самолета. Нам сообщили, что на помощь идут гражданские суда, люди начали эвакуироваться — прыгать в воду. А мы, спасательная команда, вдохнули свежего воздуха — и полезли обратно в лодку. Надо было забрать секретную документацию и аппаратуру.

В этот момент лодка накренилась… И пошла ко дну.

Шанс для пятерых

Я находился в эти секунды на своем боевом посту, который был герметично закрыт. Почувствовал, как нос лодки поднимается, поспешил к выходу. Возле трапа столкнулся с командиром, услышал крик дежурного офицера — втроем рванулись по трапу, но тут лодка встала под углом 85 градусов и резко пошла на дно.

Я успел ухватиться за трап, меня окатило холодной водой — оказалось, люк не закрыт. Кому-то из мичманов удалось захлопнуть его ногой. Но мы были в ловушке. У нас горели два отсека, и мы стремительно шли на дно. Правда, через какое-то время лодка встала горизонтально — она так устроена. Стало чуть легче, не нужно висеть на трапе. Но я уже терял сознание, когда меня подхватили и втащили в выходную камеру. Она была нашим единственным шансом.

Читай продолжение на следующей странице